Нетопырей изучал его лицо, словно выискивал в нем признаки безумия. Потом он уселся и спросил:
— Что ты имеешь в виду?
Джек повернул левую руку ладонью кверху и сказал:
— Если все когда-нибудь кончается, значит, любые усилия сведутся к нулю.
— Почему это все должно кончиться?
— Ты в последнее время не обращал внимания на температуру, любезный лорд?
— Нет, — ответил тот, озадаченный. — Физически я довольно давно не покидал своего замка.
— Тебе было бы полезно проделать это. Или лучше открой свое существо эманациям Щита.
— Пожалуй… Когда я буду один… Но какая-то утечка существует все время. Те семеро, чье присутствие необходимо, чтобы ее прекратить, узнают об этом и примут меры. Нет причин для дурных предчувствий или беспокойства.
— Нет, есть. Если кто-то из этой семерки не в состоянии отозваться.
Его собеседник широко раскрыл глаза.
— Я тебе не верю, — сказал он. Джек пожал плечами.
— Когда ты предложил мне свое… гм… гостеприимство, я искал тихое местечко, откуда мог бы высадиться. Конечно, проверить это очень легко.
— Почему же ты раньше молчал?
— Почему? — переспросил Джек. — Если я должен был сойти с ума, то какое мне дело, продолжит ли свое существование остальной мир или тоже погибнет?
— Весьма эгоистическая позиция, — сказал Повелитель Нетопырей.
— Такова моя позиция, — сказал Джек и звякнул бубенчиками.
— Полагаю, надо проверить твою историю, — его собеседник со вздохом поднялся.
— Я подожду здесь, — сказал Джек.
Повелитель Нетопырей отвел его в зал с высоким потолком, находившийся за железной дверью, и там перерезал его путы.
Джек осмотрелся. На мозаичном полу он заметил знакомые символы, по углам — кучи тряпья, темные занавеси на стенах. В центре зала находился маленький алтарь, а рядом — столик с инструментами. Пахло ладаном.
Джек шагнул вперед.
— Твое имя странным образом попало в Расчетную Книгу, — сказал Повелитель Нетопырей. — А другое имя было вычеркнуто.
— Возможно, ангелы-хранители передумали.
— Насколько мне известно, раньше такого не бывало. Но если ты — один из семи избранных, пусть будет так. Послушай, что я скажу, прежде чем ты отправишься нести свою службу у Щита.
Он хлопнул в ладоши, и занавес зашевелился. Вошла Ивен. Она подошла к своему господину и стала рядом с ним.
— Хотя для этого понадобится твоя Сила, — сказал он Джеку, — не думай, что она столкнется с моей здесь, в Хай-Даджен. Скоро мы зажжем огни, и появятся тени. Даже если я недооценил тебя, знай, что у моей леди были годы, чтоб изучить Искусство, и что она оказалась исключительно одаренной. Попробуй только устроить что-нибудь, помимо того, зачем я тебя сюда привел, и мы с ней объединим свое умение. Неважно, в чем ты уверился, она — не двойник.
— Знаю, — сказал Джек. — Двойники не плачут.
— Когда это ты видел, чтоб Ивен плакала?
— Спросишь ее когда-нибудь.
Когда он посмотрел на алтарь и пошел вперед, она опустила глаза.
— Я лучше начну. Будьте любезны, станьте в малый круг, — сказал он.
Он по очереди раздувал угли в десяти чашах, которые стояли в три ряда — три чаши, четыре и три. Джек добавил ароматические порошки, и они вспыхнули, пуская разноцветный дым. Потом он прошел в дальний конец алтаря и начертил на полу лезвием железного ножа узор. Он заговорил, и тень его разделилась на несколько теней, потом снова собралась в одно целое, заколебалась, застыла, потемнела и, словно бесконечная дорога на восток, простерлась через зал. Несмотря на мигающий свет, она после этого уже не двигалась и потемнела настолько, что, казалось, обрела глубину.
Джек услыхал, как Повелитель Нетопырей шепнул Ивен:
— Мне это не нравится! — и быстро посмотрел в их сторону.
Стоя в кругу, в мигающем свете и клубящемуся дыму, он, казалось, становился все темнее и двигался все увереннее. Когда он взял с алтаря маленький колокольчик и зазвонил в него, Повелитель Нетопырей крикнул: "Перестань!" — но не нарушил малый круг, потому что возникло ощущение присутствия в зале кого-то еще — напрягшегося, приглядывающегося.
— Ты прав в одном, — сказал Джек. — Что касается Искусства, ты — мой хозяин. Я не собираюсь скрестить с тобой мечи, тем более там, где ты — властелин. Скорее, я просто хочу на некоторое время занять тебя и обеспечить свою безопасность. Вам, даже обоим вместе, потребуется несколько минут, чтобы сломать Силу, которую я здесь накопил… Ах, тогда вам будет о чем подумать, помимо этого. А, вот!
Он схватил за ножку ближайшую чашу и швырнул ее через весь зал. Угли рассыпались по тряпью. Оно загорелось, и языки пламени лизнули край занавесей, Джек продолжал:
— Меня не призывали нести службу у Щита. Когда обломки стола обугливались в пламени свечи, горевшей у нас за обедом, я изменил запись в Расчетной Книге. Запись, которую ты обнаружил, — моих рук дело.
— Ты посмел нарушить Великий Договор и играть судьбами мира?
— Да, — сказал Джек. — Какой прок от мира сумасшедшему? Ты же хотел свести меня с ума. А на договор мне плевать.
— Значит, отныне ты навсегда становишься вне закона, Джек. Не считай больше другом никого из людей тьмы.
— Я никогда и не считал.
— Договор и его исполнитель, Книга, — единственное, к чему мы все относились с почтением… Всегда относились с почтением. Несмотря на все прочие различия, Джек. Теперь ты в итоге движешься к своему уничтожению.
— Ты здесь и так чуть меня не уничтожил. А таким образом я могу с тобой распрощаться.
— Я уничтожу то представление о тебе, которое ты создал, и потушу пламя, которое ты зажег. Потом я восстановлю против тебя полмира. У тебя больше не будет ни минуты покоя. Ты кончишь свою жизнь несчастным.
— Ты однажды убил меня. Ты отнял мою женщину и сбил ее с пути. Ты сделал меня своим пленником, носил меня на шее, напускал на меня Боршина. Знай, когда мы снова встретимся, не меня будут пытать и сводить с ума. У меня длинный список… и ты возглавляешь его.
— Мы встретимся снова, Джекки-тень, может, даже через несколько минут. Тогда ты сможешь позабыть о своем списке.
— О, ты сказал "список". Это напомнило мне кое о чем. Тебе не интересно узнать, чье имя я вычеркнул, когда вносил в Книгу свое?
— Что же это было за имя?
— Как ни странно — твое. Право, тебе нужно почаще выбираться из дома. Если бы ты не сидел тут постоянно, то ощутил бы холод, обратил бы внимание на Щит и прочел бы запись в Книге. Потом ты отправился бы нести службу у Щита, а я не стал бы твоим пленником, и всех этих
